Мастера особых поручений  - Дарья Кузнецова

— А где, кстати, Даршарай?

— Во дворце, — мучительно скривился Грай.

— Ты чего? — озадачился северянин.

— Да… Обиделась она, похоже, а я понять не могу, на что именно. Ладно, не бери в голову, разберемся. Ты готов ехать?

— Я соглашался поговорить в перспективе, а не бросить все и мчаться на доклад, — иронично возразил Таллий.

— Ой, ладно, можно подумать, у тебя столько дел! Кай, хочешь посмотреть на начальника Тайной канцелярии и на королевский дворец внутри?

— Очень! — с готовностью подскочил паренек, до сих пор разумно опасавшийся, что его оставят дома. А посмотреть на настоящих шпионов — не таких, как Тагренай, а нормальных, серьезных — очень хотелось.

— Еще и Кая туда тащить! — недовольно проговорил северянин.

— Па, я буду тихо-тихо себя вести, обещаю!

— В твоем хорошем поведении я сомневаюсь меньше всего, — отмахнулся гость и обратился к ужастику: — Ладно, поехали. Проклинать момент знакомства с тобой уже давно поздно, придется жить с тем, что есть.

Кабинет начальника Тайной канцелярии

Пока Тас разыскивал начальников нужных отделов, Ильнар и северянин с напряженным интересом разглядывали друг друга, а Тагренай самоотверженно разряжал наэлектризованную атмосферу своей болтовней. За что то и дело удостаивался неодобрительных взглядов Кая, притихшего на кушетке у стены. Ему-то обещали настоящих шпионов, а наблюдать опять приходилось за непоседливым Тагренаем!

Хозяин кабинета и его гость были взаимно наслышаны друг о друге, неплохо знакомы заочно и справедливо подозревали друг друга в совершении некоторых неблаговидных поступков. А вот лично до сих пор встретиться не удавалось. Да Ильнар вообще живьем видел северян всего пару раз, когда те по какой-то надобности спускались со своих гор для разговора с королем — один раз с Ерашием, другой — с его отцом. И уж конечно в те моменты безопаснику было не до созерцания, да и неприлично пялиться на обидчивых северных гостей. А сейчас — сами боги велели.

Впрочем, он легко мог обойтись и без подробностей — никакого особого смысла в знании точного оттенка кожи или волос не было, северян и так ни с кем не спутаешь.

К счастью, нужные люди пришли достаточно быстро, Тагренай еще не успел никому надоесть.

— Для начала я бы хотел поблагодарить рена Анатара за то, что он все же согласился с нами встретиться, — начал Ильнар. — Так получилось, что вы являетесь едва ли не единственным доступным источником информации о двух наиболее проблемных лаккатах, и в нынешних обстоятельствах эти сведения, надеюсь, помогут нам всем.

— О двух? Имеете в виду Приграничье? — хмыкнул Таллий.

— Именно. И с него предлагаю начать. Я понимаю, что последней информацией оттуда вы не владеете, но буду благодарен хотя бы за прогноз и личную оценку. В сложившихся обстоятельствах — какова вероятность выступления Тариша и Приграничья, вместе или отдельно, против Турана?

— Не выше, чем в любое другое время, — пожал плечами Анатар. — Я понимаю, почему эти земли вас так беспокоят, но сомневаюсь, что это беспокойство оправданно. В Приграничье, так уж точно можно быть уверенными, оно сохранит верность метрополии даже с большей вероятностью, чем другие лаккаты. С Таришем сложнее, перевертыши не любят распространяться о своих делах, но… признаться, у меня сложилось впечатление, что за последние годы ситуация там не изменилась, несмотря на попытки Эштара сдружиться. О них-то вам, надеюсь, известно?

— Та еще тайна, — Ла’Вирраш брезгливо фыркнул.

— Он хочет сказать, что Эштар давно точит зубы на наш юг. А с появлением Тариша у хвостатых соседей не проходящий застой желчи от зависти, — пояснил Тавьер. — Мало того что мы перестали тратить изрядные суммы на содержание Пограничной стражи,^[38] так еще получили кусок неплохой земли. Но ваши слова более-менее отвечают донесениям, мне лишь хотелось удостовериться. Гораздо важнее знать, что именно происходит на севере.

— Тут я плохой советчик, — ответил Таллий. — Я уже говорил Тагренаю и повторю снова: десять лет не был на севере. Я и раньше без особой уверенности предсказывал, какими будут решения старейшин, а теперь и вовсе не возьмусь прогнозировать. Старейшины очень консервативны, им неприятна необходимость взаимодействия с Тураном, они считают талтар обделенными. Талтар выше других людей и уж тем более нелюдей.

— То есть весь остальной мир им по умолчанию должен, а они — ничего и никому? — хмыкнул Сайгель. — Это я знаю.

— Слишком утрируете, они не настолько наивны, — поправил Таллий. — Северяне готовы платить за то, что им нужно, но при этом не желают являться частью другого государства, даже номинально. Но это не значит, что они легко поведутся на посулы и уговоры кого-то из соседей Турана: для талтар нет разницы, какая страна, все тары недостойны доверия просто потому, что они тары. Неполноценные.

— И ответ на вопрос десятилетней давности, что стало с пресловутым скипетром, который вы туда увезли, я так понимаю, мы тоже сейчас не получим? — уточнил Ильнар.

— Увы. Я бы и сам не отказался узнать, чем закончилась эта история и как скипетр связан с Праотцом. Но после передачи старейшинам я его не видел и о его судьбе не осведомлен.

— Ладно. А вот такой вопрос… — Сайгель, конечно, не мог не воспользоваться шансом расспросить живого и достаточно лояльного северянина, поэтому беседа здорово затянулась. И хотя прямого отношения к происходящему сейчас не имела, оказалась познавательной.

Тавьера, по понятным причинам, трата времени не особо радовала, но и выгонять разошедшегося начальника отдела он не стал. Просто потихоньку зарылся в накопившиеся бумаги, краем уха слушая разговор. Чтобы понимать, когда присутствующих совсем уж занесет и настанет пора прервать болтовню. И наблюдал за поведением северянина, чтобы составить о том впечатление. Он только подтвердил для себя прежнее впечатление, составленное на основе рассказов помощника: от такого сотрудника, как Таллий Анатар, Тайная канцелярия точно не отказалась бы. Жалко, что Таллий совершенно не желал продолжать карьеру на новой службе, а принуждать… Мягко говоря, не тот случай.

А еще Ильнар приглядывал за мальчишкой, чтобы не сунул свой нос в какое-нибудь не предназначенное для него место. Однако полукровка вел себя на удивление прилично, только уши навострил и вытянул шею, словно пытался заглянуть на стол.

В итоге, конечно, дискуссию свернули принудительно: к Тавьеру явился следующий интересный объект, и старый, уже не настолько интересный, пришлось спровадить. Да и Грай непозволительно задержался с этой болтовней вместо исполнения своих прямых обязанностей.

Арлаккат Мисори буквально столкнулся в дверях с уходящими. Поздоровался с Тагренаем, проводил непонятным, задумчивым взглядом северянина, которого, надо полагать, не рассчитывал здесь встретить.